«Тот риск был безумством»: Далалоян — о деньгах, Нагорном и «отвале башки»

"Тот риск был безумством": Далалоян — о деньгах, Нагорном и "отвале башки"

"Тот риск был безумством": Далалоян — о деньгах, Нагорном и "отвале башки"

Сергей СмышляевОбозреватель РИА Новости СпортВсе материалы

– Нет, на самом деле, продолжаю чувствовать себя тем же гимнастом, каким был до победы на Олимпиаде. Таким и остаюсь – обычным спортсменом, трудягой. Любовь к труду, любовь к спорту у меня 100% не пропала, никуда не делась. Каждый день хожу на тренировки, каждый день ставлю перед собой новые цели, строю новые планы. Да, я – олимпийский чемпион. Это мечта, но не сказал бы, что это максимальная вершина, это не тот Олимп, до которого хочу дойти. Много новых планов появилось, много новых идей, которые хочется реализовывать. Олимпийские игры прошли, и стоит просто запомнить этот миг.

– Конечно, этот «пунктик» и был. Да, он остался невыполненным пока, но я работаю и верю, что все в моей гимнастической карьере еще впереди. У меня не опускаются руки, я не считаю, что достиг своего максимума в спорте. Мне хочется расти, показывать что-то новое и достигать чего-то нового.

"Тот риск был безумством": Далалоян — о деньгах, Нагорном и "отвале башки"

– Хочу подчеркнуть, что эта история не должна вызывать столько вопросов, сколько она вызывает. Не надо придавать этому столько значимости. Я совсем не так к этому отношусь. Это история из молодости, многие по неопытности совершают ошибки. Я бы даже не назвал это ошибкой, это просто расхлябанность подростковая. Да, я в той ситуации многое осознал, переосмыслил, в чем-то стал мудрее, в чем-то хитрее. Это просто урок в моей жизни. Да и вина там была не только конкретно моя, не я один там был. Просто взял всю вину на себя и понес наказание.

– Да. Год назад я через три месяца после разрыва ахилла и сложной операции поехал в Токио, не готовясь, по сути, к вольным упражнениям, а на опорном прыжке просто отключил голову. Забыл про все возможные риски, даже не думал, что они могут быть. И сделал максимум для того, чтобы быть полезным команде. Потом, после Олимпиады, я понял, как рисковал. Мог получить рецидив, осложнение. Вот есть во мне такая черта. Умение отключить голову от мыслей посторонних, просто взять и сделать. Да, это был «топ» из тех безумных поступков, которые я совершал (смеется).

– Не скажу, что испытывал какое-то опустошение. Даже и времени на самом деле не было после Олимпиады, чтобы о чем-то думать и что-то анализировать, переосмыслять. Жизнь тогда обрела движение вне зала. Шоу, выступления, соревнования, телевизионные передачи – все это накрыло с головой.

– Да, безусловно, это выматывает. Но выматывает, когда этого чрезмерно много. Но я всегда четко определяю для себя рамки и стараюсь за них не выходить. Не доводить эту сферу вне спорта до какого-то пика, когда начинает тошнить. Знаю, что мне нравится, в чем я заинтересован сам. Никогда не соглашаюсь на все подряд. Если к этому относиться с трезвой головой, то не будет болеть голова от всего этого.

"Тот риск был безумством": Далалоян — о деньгах, Нагорном и "отвале башки"

– За это просто огромная благодарность моей супруге. Если бы не ее сила воли, если бы не ее терпение, то, конечно же, было бы очень сложно справляться. Но она у меня просто умничка, я ей очень за это благодарен, очень ее ценю и люблю. За то, насколько она готова идти со мной по жизни, во многих моментах подстраиваться. Никто так хорошо не знает, как сложно находиться в тени, когда у тебя муж еще и олимпийский чемпион, везде узнаваем и на слуху. Но, на самом деле, за такими людьми как наши жены еще больше труда, больше вложений и еще больше самопожертвования. Очень это ценю. И мой низкий поклон им. Когда жена так жертвует собой ради общего успеха и общих достижений.

– Это год был замечательным. Раньше я не проводил столько времени с семьей, пропускал многое. Не замечал тех подробностей, которые можешь наблюдать, когда находишься с семьей постоянно. Дети на твоих глазах растут, постоянно чем-то радуют, удивляют. Это ни с чем не сравнимые эмоции. Это по-настоящему вдохновляет на дальнейшее движение. Дети – это такая любовь… Просто «отвал башки», по-другому и не назвать! Когда ты постоянно в разъездах, дети не то чтобы забывают отца, но отвыкают. А когда ты постоянно рядом, можешь вкладывать душу в детей. И потом видишь результат, и это бесценно.

– Я себя ощущаю именно справедливым отцом. Стараюсь не быть чересчур уступчивым, потому что дисциплина очень важна для каждого ребенка. Важно это понимать, как бы тебе ни хотелось угодить ребенку, как бы сильно его ни любил. Это важно, чтобы он смог потом шагать сам по этой жизни.

– Старшему семь лет уже, он уже в школу пойдет. Николь в августе будет три года, а Каролине в марте годик исполнился.

– В том-то и дело, что я даже не помню уже, как учился в школе (смеется). Такого нет. Целенаправленно проживал школьные годы где-то до 7-го класса, а потом уже сидели на базе, а школа – это на два часа в обед сходить на подготовку к экзаменам. Может, поэтому и нет мыслей, что недавно в школе учился. Плюс самостоятельная жизнь, взрослая, когда сам за себя отвечаешь, не висишь на шее у родителей – это все началось очень рано. С 13 лет уже зарплату получал, мог сам существовать, даже родителям помогать. Все это рано началось. У многих есть мнение, что для меня рано это все, что есть сейчас. Но я так не считаю. Я четко, трезво и пошагово раскладывал свою жизнь, все эти моменты. Поэтому не считаю, что что-то у меня рано, все так, как должно быть.

– Да-да (смеется)! Придется освежать в памяти это все.

"Тот риск был безумством": Далалоян — о деньгах, Нагорном и "отвале башки"

– Не могу сказать, что все происходящее убивает во мне мотивацию. Я четко понимаю, ради чего и для чего это все. Российские спортсмены уже несколько лет находятся в стрессе и под жестким давлением. И отношение со стороны МОК, и ограничения, и санкции, и лишение флага, и лишение гимна. На самом деле, это все скверно. С этим надо что-то делать. Да, сейчас сложное время, но когда-то это все должно закончиться, а российские спортсмены снова должны выходить на соревнования с флагом и гимном, быть наравне с остальными. Мотивацию это не убивает, я люблю всем сердцем то, что я делаю. Люблю спорт, люблю конкуренцию. Это все внутри меня. Трудности, наоборот, закаляют, придают еще больше спортивного азарта. Это не просто слова.

– Конечно. Понятно, что у меня есть какие-то болячки, не на свой максимум выкладываюсь. Более осмысленно начал распределять свои силы и внимательнее относиться к здоровью. Прихожу каждый день в зал и вижу, что ребята очень большие шаги делают. Посмотреть год назад на молодых ребят и сейчас. Большой прогресс, сложные комбинации. Конечно, это огромная заслуга наших тренеров, которые после Олимпиады, ни дня не отдыхая, начали поднимать ребят, которые только попали в основной состав. Валерий Павлович (Алфосов) вообще не останавливается ни на секунду, с тем же рвением, какое было, когда мы только попали в основной состав. Не знаю, как можно настолько любить свою работу и вкладываться в нее!

– Честно, не задумывался об этом. Мне больше нравится быть наравне со всеми. Да, я определенно сделал многое для российской гимнастики, для спорта, для себя лично. В каких-то моментах молодым ребятам можно стремиться к такому уровню, но не надо ставить планку. Думать, что мои достижения – потолок. Нужно стремиться быть выше и сильнее.

– Высокие результаты появляются только в жестокой конкуренции. Если ее нет, то и результатов не будет. Нам, наверное, повезло, и я с удовольствием вспоминаю эти моменты, эти последние четыре года, как изо дня в день на снарядах рубились каждую тренировку, каждый подход. Это такие чувства важные! И они закаляют характер.

– Да. И со взаимным уважением.

"Тот риск был безумством": Далалоян — о деньгах, Нагорном и "отвале башки"

– Нет, завершать карьеру я пока даже и не думаю. Недавно была шумиха, когда я опубликовал пост в соцсетях, и меня неправильно поняли. Начали провожать из большого спорта. Нет, я не собираюсь завершать карьеру. Мне доставляет удовольствие моя работа. До Олимпийских игр мне приходилось работать на максимуме, сквозь усталость, сквозь трудности, болячки. А сейчас я работаю спокойно, мне это доставляет невероятные эмоции. Всю жизнь я думал, когда же буду тренироваться в свое удовольствие, не гнаться за чем-то, не ставить перед собой безумные барьеры. И вот сейчас именно тот момент. Поэтому даже нет мыслей завершать карьеру.

– Он в любом случае восстановительный. Но и направлен на изменение и усложнение комбинаций, отработку новых элементов. Гимнастика безгранична. Никогда не иссякнет количество элементов, связок, которые можно учить. Сейчас, может быть, мои комбинации функционально слабее, но уже с теми элементами, которые планируется включить в большие комбинации. Новые и сложные элементы. Я полгода выступал в итальянской Серии А, там удалось попробовать новые элементы и связки, «напрыгал» там уверенность и в вольных упражнениях, и в прыжке. Потому что все равно еще были какие-то дискомфортные ощущения после травмы.

– Нормально, но это такая травма, для восстановления после которой понадобится еще немало времени. Чтобы забыть о ней. Даже кожа не месте операции еще не обрела чувствительность до сих пор.

– Готовлюсь, работаю, но, как и на чемпионате России, есть проблемы, с руками просто жесть, кожа трескается. Сейчас пропиваю курс витаминов. Работаю, насколько мне позволяют руки. В этом году я свой подвиг уже совершил, подготовился к чемпионату России, выступил хорошо, выиграл его. Отвыступал пять или шесть соревнований в Италии, что тоже очень много. Можно сказать, что полноценный объем на год я выполнил. Эти полгода больше хочу еще большей стабилизации новых элементов и связок. К Спартакиаде планирую подготовиться тоже, ответственно подойти. Есть еще и некоторые проекты, очень интересные и очень веселые, но пока не могу сказать об этом. Пока планирую и надеюсь, что все срастется.

– В спортивной, но это что-то новенькое! Очень жду, когда смогу анонсировать это.

"Тот риск был безумством": Далалоян — о деньгах, Нагорном и "отвале башки"

– Спортсмены только соревнованиями и работой в зале и живут, у нас нет другой работы. Тренировки, турниры – это наша работа. У многих спортсменов семьи, дети, это огромная ответственность и большие вложения. Считаю, что это очень правильный шаг по отношению к спортсменам. Это говорит о том, что наше руководство думает о нас. Это важно.

admin